Вы здесь

Рабочие моменты

«Бездомные — это робкие и напуганные люди»

Недавно со Светланой Ивановной мы ходили на «Секрети домашніх тварин». Она впервые оказалась в 3D-кинотеатре — веселилась! Два года назад мы забирали ее с улицы совсем другой: она 15 лет прожила в переходе на Майдане. Дружба с бездомными отрезвляет. Когда видишь улыбки людей, у которых ничего нет, это поражает 

0

1254

Женщина, которая нам сдает квартиру, уже поняла, что к чему, и смирилась. Сейчас там вместе со Светланой Ивановной проживает еще одна бывшая бездомная. Я и другие помощники оплачиваем аренду квартиры и прочие расходы. По быту наши пожилые подопечные справляются сами, хотя, конечно, мы по очереди проведываем. Но я стараюсь и куда-то выбираться с ними. Ведь первое и главное — это дать человеку смысл жизни.

Дочке недавно задали в школе составить предложение со словом «среда». И она написала: «По средам я раздаю бутерброды бездомным». Я говорю: «Тереза, может, лучше написать про теннис, на который ты ходишь?» Она: «Нет, мама. По средам я раздаю бутерброды бездомным».

Ирина Дробот, 25 лет помогает бездомным людям

В среду на Майдане у нас большой обед: к нам приходят около 120 человек. Новые помощники поначалу опасаются выходить в переход, думают, что там будет драка за бутерброд. Конечно, некая конкуренция между бездомными и домашними бабушками существует — но мы кормим всех, кто пришел, и атмосфера у нас, скорее, домашняя. Вчера, например, подошли двое молодых парней и попытались растолкать мирно стоящих. Я сделала замечание — строгость в голосе сама откуда-то берется в такие моменты: сразу подобрели и засмущались. 

Купить чай бездомному просто — надеюсь, что хоть кто-то, увидев, как мы раздаем еду, поймет это. В переходах же находятся десятки людей, которые даже не поднимаются на поверхность — сил нет. Пусть это всего одна чашечка чая или тем более кофе, что вообще немыслимая радость для бездомного. 

Бездомных часто обвиняют, что они алкоголики и не хотят работать. Праведный гнев кипит в людях… Но когда к нам приезжают гости из-за рубежа и смотрят на наши праздничные традиции, они так думают обо всей Украине.

Многие бездомные к нам обращаются с просьбой помочь найти работу. Но если ты живешь на улице, поддерживать нормальный внешний облик невозможно, а без него на какое собеседование ты пойдешь? Все хотят быть полезными. Светлана Ивановна, например, сейчас помогает другой нашей подопечной на коляске, сопровождает ее в поездках к психологу: а это и троллейбус, и метро, что само по себе приключение в городе, не приспособленном для людей с ограниченными возможностями.

Я научилась абстрагироваться от запаха. Бездомные такие же люди, как и мы. Они тоже чувствуют этот запах, и они понимают, что его чувствуют другие. Как-то я договорилась с бездомной подругой Наташей встретиться в кинотеатре «Жовтень». Она ждала меня на входе, хотя была поздняя осень.  Спрашиваю: «Наташа, почему ты не зашла в фойе?» Говорит: «Не могу». Хотя тогда она выглядела не наихудшим образом. На улице быстро теряется смелость: бездомные — это робкие и напуганные люди. Поэтому во многие пункты обогрева, которые открыли этой зимой в Киеве, они попросту не решаются зайти. Как бездомному зайти в ожоговый центр, где все должно быть стерильно, или в районную администрацию?

Когда 31 декабря мы раздавали бутерброды и чай, бездомные обсуждали одну новость — с января прекращают работу единственные городские душевые в Киеве. Сегодня вымыться бездомный может лишь в монастыре на Гвардейской — сестры Матери Терезы проводят банные дни. Но талончик приходится брать за месяц. Бывает, волонтеры снимают квартиру на несколько часов и дают бездомному возможность помыться, потом все убирают.

Первая в жизни бабушка, к которой я подошла с булочками, долго недоуменно молчала. Я подумала, что она не слышит. Потом оказалось, что она из глубинки России и не знает украинского. Подхожу ко второй старушке — та же ситуация. Но она, действительно, давно потеряла слух. Раздавать еду бездомным я начала, когда поступила в Киево-Могилянскую академию. На Подоле их особенно много — это демократичный район с множеством заброшенных домов и большим рынком.

Вместе со мной бездомным помогает человек пять одноклассников. Это всецело заслуга нашего классного руководителя: по сути, община святого Эгидия в Украине образовалась на базе нашего класса. Тогда же мы начали помогать с уроками таким же школьникам из интерната на Перова. Я римо-католик, но сегодня в общине есть и представители других конфессий, которые хотят помогать бедным. Сколько уходит из моей зарплаты переводчика на общину, не считаю: сколько надо — столько и уходит.

Не забуду, как глухая бабушка делила комнату со слепой. Так их поселили в доме престарелых на Лесном, и они жили, сутками не общаясь, от одного нашего прихода до другого. В те годы я особенно сдружилась с бывшей блокадницей. Даже когда она уже физически не могла ходить, все равно к нашему приезду изыскивала возможность сделать свой фирменный салат с яйцами и купить вишневую настойку. Каждую неделю она радостно встречала нас в конце этого длинного казенного коридора, в котором, казалось, из экономии свет не включался никогда. И не жаловалась — ни на жизнь, ни на детей.

 «Юра, ты не представляешь, что я сейчас делаю! Убегаю от цыганки!» — кричала я недавно в трубку однокласснику, который помогает ромам. Тоже хотела погадать — у нас же какого-то особого иммунитета нет. Хотя во время обедов телефон, например, ни разу никто не вытащил, наоборот, сами бездомные говорили, спрячьте поглубже. 

Самый легкий способ изменить отношение к бездомным — это быть с ними рядом. В кинотеатре, в магазине, в больнице. Когда ты вызываешь скорую и медики видят, что с бездомным обычный человек, они ведут себя по-другому. Хотя в целом отношение столичных врачей изменилось. В начале 1990-х медбрат мог запросто наорать на меня за вызов и позвонить в милицию, сейчас чаще всего оказывают помощь.

Отпеть бездомного не просто. Сестры Фроловского монастыря мне, например, отказали. Но мы не могли перевезти тело нашего друга Данила в другой район — он жил на Подоле, и именно там к нему хотели прийти попрощаться близкие ему люди. Пришлось объяснять, что институция, которая создана по учению Христа, не может отгораживаться от тех, с кем ассоциировал себя учитель. Люди вообще очень часто тратят слишком много усилий на то, чтобы выгнать бездомного, хотя помочь было бы легче.

Много украинских женщин видела в итальянской столовой для бездомных, где служила в начале 2000-х. Не скажу, что они были бездомными-бездомными, просто многие отсылали домой максимальное количество денег и сами старались поесть бесплатно. В Украине бабушки тоже часто просят милостыню, потому что хотят помочь своим неустроенным детям и внукам. Даже будучи в доме престарелых, порой собирают хлеб для них.  

С одной из таких бабушек я подружилась еще студенткой. Я тогда часто ездила в филиал Парламентской библиотеки на Европейской площади, а она просила милостыню на Крещатике. Когда она умерла, меня разыскала ее дочь и передала куст розы — Анна Михайловна пообещала мне как-то его, узнав, что мой папа разводит цветы на даче. Этот куст до сих пор цветет. 

0

Выбор редакции

Comments