Вы здесь

Люди

Генерал Корнилов – проездом в Киеве

Прибытие высоких гостей из Петербурга и в мирное время было для киевлян обыденным явлением. Киев был одним из наиболее развитых промышленных, финансовых и культурных центров Российской империи, киевские обыватели не могли пожаловаться на редкость визитов высочайших особ, высокопоставленных чиновников и военачальников. Вступление Российской империи в войну против Германии превратило Киев в стратегический транспортный узел, центр переброски войск, штаб-квартиру главного начальника тыла Юго-Западной армии

0

209

Генеральские погоны мелькали на киевских улицах столь часто, что местные периодические издания откликались на прибытие в город очередной шишки из генштаба или фронтового командира в высоких чинах короткими информационными заметками в две–три строки: «прибыл с визитом», «посетил проездом» и тому подобное.

Приезд же в город героя нашего рассказа стал для всех киевлян настоящей сенсацией, эта тема не сходила с полос серьезных и бульварных газет не менее недели. Собственно, первая статья появилась за день до его прибытия в Киев.

28 августа 1916 года киевская ежедневная газета «Киевлянин» в воскресном выпуске со ссылкой на «Русское слово» опубликовала текст телеграммы, пришедшей из Бухареста: «Генерал Корнилов, находящийся в плену в Австрии, бежал оттуда и сейчас находится в полном здравии и безопасности».

Прибытие Лавра Георгиевича Корнилова в Киев журналисты откровенно проморгали. Его приезд не сопровождался звуками духового оркестра на вокзальном перроне, многословными речами и группками восторженных барышень с цветами. Очевидно, что побег дался 45-летнему генералу нелегко. Поселившись в одной из гостиниц, Корнилов почти сутки провел в постели и согласился на встречу с журналистами только на следующий день.

Вот как описывает происходящую встречу корреспондент «Киевлянина»: «Перенесенные лишения и мучения в известной степени отразились на здоровье генерала. Особенно пострадали и причиняют мучения генералу руки и ноги. Руки генерала распухли и болят от уколов терновника и порезов, ноги же натерты жесткими австрийскими башмаками, стоящими теперь у постели больного». Впрочем, сам «больной» заявил, что тяжелое путешествие и перенесенные лишения «в общем, мало отразились на состоянии его здоровья».

О своем побеге генерал Корнилов рассказывал неохотно, ссылаясь на то, что подробности, по вполне понятным обстоятельствам, рассказать нельзя. Вкратце свою версию побега, специально подготовленную им для обнародования через средства массовой информации, он излагает следующим образом.

Побег готовился давно. Уже весной 1916 года все было готово, но его пришлось отложить из-за утечки информации. Корнилов вместе с генералом Мартыновым содержался в замке Эстергази, в окрестностях венгерского городка Лепка. Контроль над военнопленными офицерами был поставлен на таком уровне, что совершить побег не имелось никакой возможности. После долгих усилий Лавру Георгиевичу удалось добиться перевода в госпиталь Кессек. Здесь ему пришлось пробыть около месяца. За это время удалось подготовить все необходимое для побега и усыпить бдительность стражи. Офицеры в плену содержались отдельно от нижних чинов, и охрана следила за ними намного бдительнее. При этом, в отличие от офицеров, солдаты использовались для выполнения работ за пределами места содержания. Воспользовавшись этим, Корнилов смог переодеться в форму рядового, перебрался из офицерского лагеря в солдатский и при очередном выходе на работу бежал.

Здесь, пожалуй, надо прерваться и рассказать о том, что Лавр Корнилов утаил от киевских журналистов. Подлинная история побега – это практически готовый сценарий для фильма в жанре экшн или шпионского триллера.

При помещении Корнилова в госпиталь пришел приказ из австрийского генерального штаба следующего содержания:

«Во время победоносного прорыва русского фронта в Карпатах пленен был … один из лучших генералов русской армии, генерал Корнилов. В короткое время он дважды пытался бежать из плена, и лишь благодаря наблюдательности стражи повторный побег не удался.

Генерал Корнилов теперь заболел и будет отправлен в здешнюю больницу на излечение. Военное командование видит в генерале Корнилове человека в высшей степени энергичного и твердого, решившегося на все, и убеждено, что оный от замысла побега не откажется, болезнь он симулирует, дабы легче повторить попытку бегства. Бесспорно, в случае его побега в настоящее время Державы нашли бы в нем серьезного и военным опытом богатого противника, который все свои способности и полученные в плену сведения использовал бы для блага России и вообще наших врагов. Обязанность каждого этому воспрепятствовать.

Высшее командование поэтому приказывает генерала Корнилова, хотя и тайно, но строго охранять. Каждое сношение с ним кому-либо воспретить, а в случае побега воспрепятствовать этому любой ценой».

Неприятельский генштаб был, безусловно, прав. Но то ли он недооценил личность Лавра Георгиевича, то ли переоценил возможности своих людей, но побег состоялся. В его организации принимали участие несколько человек, в том числе санитар – солдат австро-венгерской армии Францишек Мрньяк, и три русских военнопленных: дежурный врач больницы доктор Гутковский и массажисты при госпитале Петр Веселов и Константин Мартынов. Именно этих людей, остающихся в плену, и пытался защитить генерал Корнилов, не рассказывая киевским репортерам всей правды.

Мрньяк сумел выправить для себя и генерала фальшивые документы. Карты, компас и карманный электрический фонарик у Корнилова имелись (вот она, бдительность австро-венгерского генштаба). Кроме того, соучастникам побега удалось раздобыть два комплекта солдатского обмундирования. Побег состоялся 29 июля. В полдень генерал Корнилов переоделся в форму солдата российской армии и выбрался из лагерного блока через окно уборной.

Затем в аптеке Лавр Георгиевич переоделся уже в форму  австро-венгерской армии. Мрньяк постриг генералу усы и нарисовал родинку на щеке. Маскировку дополнили темные очки и курительная трубка. В таком виде Корнилов в сопровождении санитара вышел из лазарета, беспрепятственно пройдя несколько постов стражи.

Воспользовавшись поддельными документами, беглецы купили билеты на поезд и благополучно добрались с пересадкой до Будапешта, где заночевали в ночлежке для рядового состава австро-венгерской армии. Утром они опять сели на поезд и доехали до конечной станции железнодорожной части маршрута. Но попали в облаву – их уже искали. Но благодаря военной форме (в ориентировке к розыску указывалось, что «бежал один русский генерал в штатском платье с одним санитаром») и самообладанию беглецам удалось пройти мимо жандармов беспрепятственно.

Дальнейший путь они предполагали пройти пешком, что, в общем-то Корнилову и удалось, но уже в одиночестве. Возле самой румынской границы санитар Мрньяк отправился за продуктами в деревню, где и был задержан жандармами. Лавр Георгиевич рассказывал киевской прессе: «Я видел, как изба, в которую вошел мой товарищ, была окружена австрийскими жандармами. Через несколько минут я услыхал выстрелы. Это мой товарищ отстреливался от врагов. Но силы были не равны и он погиб. Как тягостна и ужасна это была потеря, я не могу выразить. Я остался один». Корнилову пришлось самостоятельно, находясь во вражеском тылу, избегая жандармов, брошенных на его поиски, пешком пройти более 200 верст. Около недели он пробирался к границе. При этом двигался только в темное время суток, а силы поддерживал собранными по пути ягодами. 18 августа генерал перешел румынскую границу и из первой же деревни позвонил в российское посольство в Бухаресте.

В Киеве Корнилов намеревался пробыть не более двух дней, он заявил киевским журналистам, что собирается назавтра отбыть в генеральный штаб. Планы его несколько изменились в связи с пребыванием в городе вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Об этом «Киевлянин» написал уже 1 сентября: «Вчера Ея Императорскому Величеству Государыне Императрице Марии Федоровне имел счастье представляться генерал-лейтенант Л. Г. Корнилов».

По прибытии в столицу Лавр Корнилов был награжден орденом Святого Георгия 3-й степени и получил назначение на должность начальника 25-го армейского корпуса.

Дальнейшую судьбу генерала предрешила февральская революция и гражданская война, в событиях коих он принял самое активное участие. Командование Петроградским военным округом, Юго-Западным фронтом, должность верховного главнокомандующего, мятеж против временного правительства, создание и командование Добровольческой армией, «Ледяной поход», штурм Екатеринодара. Гибель от попадания в штаб артиллерийского снаряда. По-иному, очевидно и быть не могло. Хотя кто знает, как бы сложилась судьба генерала Корнилова и всей Российской империи, если бы австро-венгерские стражники были более бдительными.

0

Выбор редакции

Comments