Вы здесь

100 лет назад

Как свободно оружие ходило по рукам

В бесконечном споре противников и сторонников либерализации оружейного законодательства приводятся десятки аргументов за и против. При этом обе стороны, обсуждая, стоит ли предоставлять гражданам право на свободное владение короткоствольным огнестрельным оружием, часто приводят примеры из опыта других государств

0

537

В то же время в истории Украины был период, с марта по ноябрь 1917 года, когда пистолет или револьвер в собственное пользование мог получить чуть ли не каждый желающий. Оружейное законодательство в последние годы царизма было достаточно либеральным. 

После февральской революции приобрести оружие стало еще легче. Военнослужащим разрешение на приобретение и ношение автоматического пистолета или револьвера выдавал командир воинской части. Гражданским лицам необходимо было получить разрешение в управлении милиции. Для членов киевских «боевых дружин», которыми обзаводилась едва ли не каждая общественная или национальная организация, начальник милиции разрешения подписывал пачками.

От новых порядков пострадали бывшие чины полиции и жандармерии – у них служебное оружие было изъято. Особенно рьяные «борцы с контрреволюцией» пытались расширить этот список, но их пыл быстро остудили губернские власти. 2 июня 1917 года киевские газеты опубликовали разъяснение губернского комиссара: «Ввиду поступивших к губернскому комиссару запросов о том, имеют ли в настоящее время силу разрешения на право держания оружия, выданные при старом строе, губернский комиссар сообщил уездным комиссарам и начальникам милиции Киевской губернии, что во избежание недоразумений следует подтверждать прежде выданные разрешения на право держания оружия при обращении граждан с письменной просьбой о замене старых разрешений новыми, при условии, конечно, если нет данных против разрешения, в противном случае надлежит отбирать выданные прежде разрешения».

7 августа был опубликован еще один интересный документ – обязательное постановление за подписью временного командующего войсками Киевского военного округа генерал-лейтенанта Трегубова.

«В целях предотвращения самосудов и для борьбы с лицами, явно продолжающими свою преступную деятельность, на основании п. 1 ст. 19 правил о местностях, объявленных состоящими на военном положении, в согласии с исполнительным комитетом совета объединенных общественных организаций, постановляю: издать для города Киева и местностей, входящих в пределы Киевского военного округа и состоящих на военном положении, нижеследующее обязательное постановление:

Лицам, имеющим в прошлом судимость за уголовные преступления либо состоящим за указанные преступления под следствием и судом, а равно освобожденным от суда и наказания по таковым актами о помиловании, воспрещается приобретение, хранение, ношение и сбыт всякого огнестрельного и холодного оружия…

Обнаруженные в таких случаях оружие, орудия и инструменты подлежат безвозвратному отобранию от владельцев распоряжением управления милиции для сдачи по принадлежности в артиллерийские склады.

Виновные в нарушении сего обязательного постановления подлежат задержанию и передаче судебной власти для привлечения к уголовной ответственности по ст. 29 уложения о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, влекущей наказание до шести месяцев тюремного заключения».

Таким образом, чтобы хоть как-то ограничить оборот огнестрельного оружия, Киев привлек военные власти и прибег к законам военного времени. Обычные законопослушные граждане могли приобретать и носить оружие для личной самозащиты абсолютно спокойно.

Продам по случаю

Начальник милиции поручик Лепарский требовал от владельцев оружейных магазинов продавать оружие только при наличии у покупателя подписанного им разрешения. Впрочем, для тех, кто не желал по какой-либо причине общаться с чинами киевской милиции, имелись и другие возможности приобрести личное оружие. На Еврейском рынке относительно недорого можно было купить револьверы системы Нагана или Смита и Вессона.

Появлялись объявления о продаже одной или нескольких единиц оружия и в городских газетах. Весной и летом такие объявления печатались нечасто, один–два раза в месяц. В сентябре ситуация резко изменилась. Вот, к примеру, объявления из газеты «Киевлянин»:

15 июля

«Продается пистолет Стейера десятизарядный, автоматический, с кобуром и 3 обоймами»

6 сентября

«Продается по случаю браунинг, спрашивать Батыев. ул. 13 кв. 5 флиг.»

«Двухстволка 200 рублей, карабин с патронами и браунинг с 35 патронами продается. Павловская, 15 кв. 1»

7 сентября

«Браунинг новый бельгийский, 2 обоймы патронов – 450 рублей, «Стейер» новый с патронами – 350 рублей, продается по поручению»

«Маузер автоматический пистолет с 6 обоймами с патронами продается. Ул. Терещенковская, 21, 13 квартира»

«Пистолет автоматический, английский, системы Веблей-Скотта, 9-зарядный, продается за 300 рублей, Гостиница «Ригина»

«Револьвер системы Кольт продается новый. Гостиница «Империал»

«Браунинг продается за 400 рублей Мало-Васильковская, 33».

13 сентября

«Браунинг бельгийский, среднего размера, новый, с двумя заряженными обоймами продается за 500 рублей. Ново-Караваевская, 7»

«Лидером продаж» являлись пистолеты системы Браунинга – компактные, удобные для скрытого ношения. Именно таким оружием в 1914 году дал старт мировой войне сербский гимназист Гаврило Принцип, стрелявший в эрцгерцога Франца Фердинанда. Из такого пистолета в 1911 году в киевском оперном театре был смертельно ранен премьер-министр Российской империи Столыпин.

Попадались и довольно экзотические предложения, вроде английского Webley & Scott, американского Colt и австрийского Steyr, представляющие образцы армейских пистолетов. И совсем уж загадочным выглядит объявление: «По случаю продается револьвер-пулемет с 2 обоймами патронов за 300 рублей письм. Александровская, 81 кв. 18».

Стреляли…

В 1917 году стрельба в Киеве звучала часто. Стреляли бандиты, стреляла милиция, стреляли военные и дезертиры. Новости о вооруженных грабежах и перестрелках в городских газетах появлялись чуть ли не каждый день. Но вызывает интерес вопрос, как и в каких целях использовали оружие самозащиты законопослушные граждане.

Из всех сообщений, опубликованных в газете «Киевлянин» с марта по сентябрь 1917 года, нами найден единственный случай применения оружия в порядке самозащиты, да и тот с большой натяжкой.

«Большой Киев» уже рассказывал об этой истории:

«Случай с городским головой». Городской голова поздно вечером возвращался домой, и, встретив по дороге грабителей, решил привести свое оружие в боевую готовность к отражению возможного нападения. Далее было так: «Ф. С. Бурчак инстинктивно расстегнул пальто и засунул руку в карман, где был револьвер. В эту минуту неожиданно произошел выстрел, который пробил револьверный кобур и калошу брюк. После осмотра револьвера была выяснено, что случайный выстрел произошел от патрона, продвинутого в ствол револьвера, чего Ф. С. Бурчак не знал».

Оружие убивает

Оружие требует аккуратности и дисциплины. Оно не прощает небрежности и баловства. Если Федор Степанович Бурчак отделался легким испугом, то зачастую все заканчивалось трагически:

10 июня

«В парикмахерской Т. Бражне на Степановской улице неизвестный солдат по неосторожности смертельно ранил выстрелом из револьвера в живот А. Маевского, подростка 18 лет. Раненый умер по дороге в Александровскую больницу. Неизвестный солдат, стрелявший из револьвера, скрылся.

20 июля

«На Борщаговской улице в доме № 5 милиционер Зубков по неосторожности произвел выстрел и убил находящегося там же М. Фольфовича».

25 июля

«Вечером проходивший по Степановской улице неизвестный человек затеял ссору с женщиной и хотел ее бить. На крик сбежались люди, неизвестный выхватил из кармана револьвер и угрожал стрельбой, один из толпы солдат хотел обезоружить буяна и вступил с ним в борьбу. В это время раздался выстрел, коим был случайно убит находящийся здесь молодой человек Кириченко. В суматохе буян и бывшая с ним женщина скрылись».

4 сентября

«Вечером на Московской улице в доме № 5 в столовой Цихеева С. Зубаков произвел нечаянный выстрел из револьвера и ранил хозяина столовой. Раненый доставлен в Александровскую больницу».

26 июля

«Вчера днем на Царской площади появилась бешеная собака, по которой была открыта стрельба. Собака убежала, но зато оказался убитым маклер Жураковский, переходивший в тот момент улицу, и ранена в ногу какая-то молодая женщина.

Зеленый змий

На втором месте по популярности в Киеве летом 1917 года была «стрельба под градусом»:

«Около 2 часов ночи на 19 июня на Бассейной улице милиционер задержал неизвестного в нетрезвом состоянии, который стрелял из револьвера. Он назвал себя Тюменевым».

«За стрельбу на Александровской улице был задержан неизвестный лезгин, который предъявил удостоверение в своей личности от начальника лезгинской боевой дружины на имя Магомета Гасан Оглы. Револьвер у него отобран».

«Начальник боевой дружины В. М-в, находясь со своими товарищами в ресторане Александровского парка в нетрезвом виде, на замечания дежурного представителя милиции о непристойном его поведении, открыл стрельбу из револьвера, по счастью никого не ранив. Находящимися в парке милиционерами скандаливший был арестован и препровожден в Лыбедской район, причем конвоирам стоило немалых трудов спасти арестованного от самосуда возмущенной публики».

Шутки в сторону

Не прощает оружие и глупых шуток:

«Раненый в тире. Вечером 31 мая в городском дачном поселке Пуща-Водица в тире приказчик его во время стрельбы по цели из Монтекристо, шутя, ранил пулькой в глаз беженца Ермолая Дмитрука, мальчика 13 лет. Раненый доставлен в Кирилловскую больницу». От смерти мальчика спасло то, из пистолета «Монтекристо» стреляли маломощными патронами Флобера для развлекательной «салонной стрельбы».

Отелло на гастролях

Особняком в списке стрелков стоят ревнивцы. «Большой Киев» уже рассказывал о киевском телеграфисте, расстрелявшем в двери квартиры, скрывавшей его неверную жену, весь боезапас. Киевлянкам Моисеенко и Мазор не повезло – они не сумели укрыться от разъяренных ревнивцев.

15 августа

«На Кузнечной улице в доме № 82 Л. Меринцев поссорился с Пелагеей Моисеенко и в пылу раздражения произвел в нее выстрел из револьвера, причинив Моисеенко ранение живота. Раненая доставлена в больницу».

14 сентября

«Милиционер Плоского района Андрей Мазор покушался на убийство жены, ранив ее из револьвера».

Когда не все дома

И уж совсем плохо, когда оружие попадает в руки психически неуравновешенных, а то и вовсе психически больных людей:

5 июля. «Вчера, рано утром, на площади Владимирского собора появился неизвестный в форме офицера. В руке у него был револьвер. Странное поведение неизвестного обратило на себя внимание постового милиционера, который издали за ним следил. Однако неизвестный вскоре заметил, что за ним следят, и бросился в двор усадьбы № 40. Здесь неизвестный первоначально спрятался в общей уборной, а затем, продолжая держать револьвер в руках, появился во дворе. Дворник дома, увидев вооруженного неизвестного, поднял тревогу. Вскоре возле дома собралась толпа народа. Вдруг неизвестный открыл беспорядочную стрельбу. Чины милиции ответили тем же. По счастью, этой стрельбой никто не был ранен. Неизвестный, стреляя, забрался под лестницу и здесь находился до тех пор, пока не расстрелял все 18 патронов, бывших у него. Задержанный оказался прапорщиком Козловым, страдающим нервным расстройством».

Похожий случай имел место 3 июня на Крещатике. Рабочий киевского «Арсенала» Владимир Куропатов, «страдающий припадками умопомешательства», при одном из своих припадков отобрал у пытающегося оказать ему помощь милиционера револьвер и шашку и убежал, ведя беспорядочную стрельбу. Все закончилось во дворе усадьбы № 5 где он был «убит несколькими выстрелами».

«Если вы в первом акте повесили на стену пистолет, то в последнем он должен выстрелить. Иначе – не вешайте его», - советовал Антон Павлович Чехов в своем письме Илье Яковлевичу Гурлянду. События в Киеве 1917 года в очередной раз подтвердили теорию «чеховского ружья» и напомнили, что оружие можно доверять только законопослушным, обученным и психически здоровым людям. Иначе человеческих жертв и глупых смертей не избежать. И, естественно, только при наличии специально оборудованных мест для его хранения:

7 июня 1917 года

«У находящегося в госпитале подпоручика 84 пехотного Ширванского полка В. Чупта из столика неизвестно кем был похищен револьвер системы Нагана № 123612».

«Из квартиры № 8 в доме № 20 на Большой Житомирской улице совершена кража двух револьверов, золотых вещей и серебра на сумму 3000 рублей». 

0

Выбор редакции

Comments