Вы здесь

Рабочие моменты

«Многие представляют витраж как нечто церковное»

Сначала я его боялась. Мастер первым делом показал на шрамы: как-то раз он неосторожно взял лист стекла, а тот треснул — был бракованный. Работать со стеклом я училась в витражной мастерской. В Академии искусств этим давно никто не занимается, поэтому я и взялась за витражи

0

105

Для меня стекло — это свет. Задумывая витраж, вижу лучи, которые в нем преломляются. 

Сама стекло не варю, только подвариваю. Чтобы получить нужный изгиб, стекло кладется на заранее заготовленную керамическую форму и разогревается в печи до 700 градусов. Тогда оно становится как густой мед, тянется.

Необязательно делать все окно витражным, маленькую композицию можно и подвесить. А еще, например, можно сделать подвесной потолок или украсить витражами кованые ворота. Но многие представляют витраж исключительно как нечто церковное. Хотя в православных храмах, в отличие от католических, витражей не было: лишь фреска и икона. Витражи появляются в наших церквях только теперь.   

Работала в Лавре, но делала не витражи, а ювелирные изделия — до Академии искусств я окончила ювелирное училище. Это были в основном дарохранительницы и копии крестов X-XI веков — некоторые дарили батюшкам, часть продали в лавках. У них целый цех реставраторов и ювелиров. Работать в Лавре для меня было обычным делом: еще в художественной школе мы ходили туда рисовать пейзажи. 

Мария Раченко, художник-витражист 

В ювелирке паять страшнее — открытое пламя. Хотя в любом случае, если ты перегрел заготовку, нужно начинать сначала: тут лопается стекло, там — плавится метал, а часть его еще и испаряется. Зато в витражном деле свинцово-оловянный припой. Случалось, травилась.

В классическом витраже используется чистый свинцовый профиль. Но я, как и другие современные мастера, чаще работаю в технике «Тиффани». И не потому, что это менее опасно: просто свинцово-оловянная лента легко гнется, она клейкая, это позволяет делать более сложные детали. Когда нужно обернуть по контуру сотни кусочков, включаю фильм.

Из всех процессов не люблю обработку: шлифовальная машина слишком шумная. Бывает, нарежешь столько стекла, что жужжишь два дня. Тогда слушаю музыку. А вот на предыдущем этапе — нарезке — наушники не надеваю. Нужно слушать стекло: когда все делаешь правильно, получается особый звук.

Люблю пазлы. Друзья недавно подарили Климта — долго собирала. Но еще больше времени ушло на дипломный витраж, когда с деталей при обработке стерлись цифры! А их было 600.

Работа над витражом начинается даже не с эскиза. Когда делала украинскую мандалу, провела целое исследование на тему славянской символики. Внешний круг — это поля, то, что испокон веков обрабатывал наш народ, потом кругом у меня расположились поселения, как это было еще у трипольцев, а в середине — почитаемый славянами солярный знак.

Солнце — для меня этого еще и символ самого витража.  

А еще витраж — это всегда сказка. Сказки, кстати, читаю до сих пор. Сейчас между заказами делаю серию витражей с эльфами и гномами. Это работы моего любимого французского иллюстратора Жана-Батиста Монжа.

Героев сказок часто рисую и на стенах — кроме витражей, занимаюсь монументальной живописью. Хотя и витражи — это тоже монументальная живопись, они к ней формально относятся. Первая стена, которую мне заказали, была в детсадике на Виноградаре.

Муралы считаю порчей зданий. Если бы их еще размещали только на непримечательных домах, но в центре же это памятники архитектуры! К тому же мурал не фреска. Там роспись по сырой извести, она долговечна. Трапезную Лавры тоже попытались отреставрировать акрилом — он вздулся. Думаю, муралы ждет та же участь.  

В Киеве есть витражи, в которые я влюблена. Например, на Почтовой площади и на станции метро «Петровка».

Контраст между тонкой работой над витражами и росписью стен бодрит. Конечно, если сегодня прыгаю по лестницам и делаю 70 квадратов, то вечером паять витраж не сяду. Художники в мастерских привыкли к камерности. А иногда нужен и дурдом! Поэтому мне нравится еще работать в кино. На площадке ты одной рукой красишь стену, а другой толкаешь маятник часов, потому что нужный ключ к ним затерялся.   

В моей мастерской нет калейдоскопа. Этот прибор был придуман в помощь художникам, но стал игрушкой. Калейдоскопы люблю с детства. Уже нашла технологию изготовления и верчу в голове свой калейдоскоп.  

0

Выбор редакции

Comments