Вы здесь

ТЭК

«В городе – профицит бюджета, а Киев не выделил ни копейки на инфраструктуру»

Киевская городская рада приняла решение прекратить договор с «Киевэнерго» с 27 апреля 2018 года. Председатель наблюдательного совета ПАО «Киевэнерго» Иван Плачков рассказывает «Большому Киеву», как складывались отношения городской общины и местных властей с компанией 

0

964

— Иван Васильевич, расскажите, что город хотел получить, когда передавал свое имущество в управление «Киевэнерго», и что в итоге получил.

— То, что мы сейчас называем «Киевэнерго», начало формироваться в 1902 году. Была такая акционерная компания «Савицкий и Страус», которая начала электрифицировать Киев. Первыми были электрифицированы железнодорожные мастерские, затем Оперный театр и театральная площадь, потом в центре города начали проводить освещение, богатые люди стали подключать электричество себе в дома, первый трамвай появился в российской империи именно в Киеве. В 1913-м городская дума постановила выкупить электрические и трамвайные предприятия города. Потом первая мировая война, революция, гражданская война… На этом первая коммунальная часть истории киевских электросетей заканчивается, начинается государственная.

— В какой момент энерго- и теплосети Киева перестали быть муниципальной собственностью?

— В 1918 году. Тогда это была маленькая тепловая сеть, охватывающая лишь центральную часть города. А развиваться она смогла только как госпредприятие. Государство брало на себя управление, стратегическую и высокотехнологическую часть, централизованный бюджет, выбор технических решений и так далее. В Киеве в годы СССР коммунальными были только водоканал, газовая служба, зеленстрой.

В 1930-е вместе с электрификацией начала развиваться теплофикация, централизованная система теплоснабжения. Строятся ТЭЦ-1, 2, 3, рядом с вокзалом, на Рыбальском острове, где вырабатывались электричество и тепло. Комплекс формировался как единая система энерго- и теплоснабжения.

После войны построили Дарницкую ТЭЦ-4 и серию котельных. Это хозяйство по-разному называлось, но к началу независимости существовало как ПЭО «Киевэнерго», в которое входил город Киев и область, Черниговская, Черкасская и Житомирская области. На момент независимости в оперативном правлении ПЭО «Киевэнерго» были и Трипольская ГЭС, и Чернобыльская станция.

— Что произошло после 1991 года?

— На первом этапе, в соответствии с указом президента, все это хозяйство было разделено по областям. В Киеве осталось название «Киевэнерго». Это была госкомпания, в которую входили ТЭЦ-5, ТЭЦ-6, магистральные сети, тепловые и электрические сети. Потом ее акционировали, она стала государственной акционерной компанией.

В 1998 году пошла приватизация. Согласно закону, можно было приватизировать только электрическую часть, киевские кабельные сети, а тепловую часть – нет. 50%+ 1 акцию государство оставило себе, 49% выставили на приватизацию. Я настоял, чтобы 12,7% пошли в коммунальную собственность. При Черновецком, незаконно, по моему мнению, эта доля была приватизирована.

— А что с тепловой системой?

— Ее государство передало по договору управления акционерной компании, которую контролирует государство со своими 51% и город со своими 12,7%.

В 1999-м я работал министром и предложил мэру и правительству ТЭЦ-5, ТЭЦ-6 и все теплосети передать в коммунальную собственность, что и было сделано в 2000 году. Почему это было сделано? Тарифы на тепло устанавливал тогда город, поэтому логичным было, как в европейских странах, передать и имущество на муниципальный уровень. Ющенко, который был тогда премьер-министром, согласился с нашими аргументами и подписал постановление Кабмина, передал всю теплосистему городу за 50 или 60 квартир для госчиновников.

— Итак, теплосистема перешла из государственной в коммунальную собственность. Была ли проведена инвентаризация?

— Нет, мы просто переподписали договор. Если раньше он был с Фондом госимущества, то теперь с городом на управление этим имуществом, на десять лет, он должен был заканчиваться в 2012 году. И этот договор работает по сей день. Его продлили до 2017-го с некоторыми изменениями.

Еще один момент: в управление включили еще внутриквартальные сети.

— Как это произошло?

— От крупных ТЭЦ тепло по магистральным сетям доходит до центрального теплового пункта. Это была ответственность «Киевэнерго». Поставка потребителям по внутриквартальным сетям от ЦТП – была в ответственности «Киевжитлотеплокоммунэнерго».

Но в декабре 2002 года после аварии коммунальное предприятие не справилось с переподключением, было заморожено 240 домов в Московском районе. Тогда Александр Омельченко принимает волевое решение и передает «Киевэнерго» внутриквартальные сети, а это около 2 тысяч км, 700 котельных, 200 насосных станций и завод «Энергия», который фактически стоял.

— Но это же огромная и самая изношенная часть системы…

— Я сопротивлялся. Внутриквартальные сети все порваны, рециркуляция горячей воды не работает – это все было до 2002 года городскими проблемами… Но «Киевэнерго» вырабатывает тепло, из-за существующей системы взаимоотношений между поставщиками услуг и эксплуатирующих организаций киевляне его не получают, виноватых нет. И мы решились, взяли на себя ответственность. Помните, до 2005 года нигде в Украине не было горячей воды? Я всегда хвастаюсь, что самой большой наградой для меня стало, когда ко мне подошел человек и поблагодарил за горячую воду. Приехали к нему гости из другого города с детьми трех и пяти лет и по очереди несколько раз в день... купаются в ванной. Для детей это было впервые…

— Зато сейчас киевляне живут без горячей воды целое лето…

— Всегда было тяжело, но раньше мы решали жестко вопросы с газовщиками. Когда «Укртрансгаз» отключал газ, мы делали все возможное и невозможное, чтобы его включали.

— Что именно?

— Например, отключали от электроэнергии правительственные здания. А сегодня при долгах за газ 3 млрд грн государство нам должно 2 млрд грн. А именно: за льготы и субсидии 1,5 млрд грн, 500 млн грн – разница в тарифах. То есть государство не заплатило по своим обязательствам, поэтому «Киевэнерго» не может заплатить за газ, а «Нафтогаз» выписывает пени и штрафы, а это дает еще 500 млн грн… При этом Кабмин принял решение, что все деньги за тепло направляются на спецсчет, которым не распоряжается «Киевэнерго», из них 87% идут на оплату долгов за газ и пени, и штрафов.

— И вы считаете это несправедливым.

— НАК «Нафтогаз Украины» дали статус священной коровы. А почему? Из-за желания получить еще один кредит МВФ. Государство Украина просит еще денег и получает в ответ: у вас «Нафтогаз» такая дыра, что съест все вложения. Поправьте финансовое положение, покажите хотя бы динамику – тогда дадим. А как показать динамику? Поднять тарифы и все деньги, которые платятся, сосредоточить у «Нафтогаза». Сейчас наказывают не только «Киеэнерго», а все облэнерго, не перечисляются вовремя деньги и создается дефицит. Это лукавство государства, но в итоге виноваты теплоэнергетические компании, хотя работают практически себе в убыток. По итогам деятельности в 2015-м у «Киевэнерго» чистый убыток 1,695 млрд грн, по итогам 2016-го – очень скромная чистая прибыль в 2,578 млн грн.

— Но были же и лучшие времена – по итогам 2012-го у компания получила чистую прибыль в 2,375 млрд грн, а в 2013-м – 1 млрд…

— Тепло никогда не дает прибыли. Ни в одной стране мире. Это такой бизнес, который всегда или коммунальный, или коммунально-государственный, или частно-коммунально-государственный.

Сейчас идет игра в одни ворота. Государство повысило тарифы, а не «Киевэнерго». Цену на газ подняли в 2,5 раза, составляющая газа в тепле – 75%, люди не могут платить за тепло. Ситуация усугубляется. Тем более за газ надо вносить предоплату, а люди после повышения не платят сразу, а погашают по полгода…

Я бы на месте ДТЭК вообще радовался, что контракт закончился. Зачем эта головная боль, которая только будет усугубляться? А теперь ДТЭК будет заниматься только электроснабжением. Все основные фонды в собственности: кабельные линии, электрические линии, они будут просто энергоснабжающей компанией. Зачем им эти постоянные обвинения?

— Как эксперт оцените, есть ли будущее у централизованного теплоснабжения. Или вынужденный переход на бойлеры и индивидуальные системы отопления, который начался в Киеве последние годы, развалит эту систему?

— После энергетического кризиса вся Европа переходит на централизованную систему теплоснабжения, Америка – на централизованную систему тепло- и хладоснабжения, зимой поставляется тепло, летом – охлажденный воздух… Это экономически более выгодно.

— Но наши теплосети изношены – мы постоянно это слышим. Новую систему новой управляющей компании придется строить с нуля?

— Не надо с нуля. Пример – Краков или Варшава. Ничего сложного, просто надо делать. Не надо кричать: караул, все изношено. Украина ведь взяла кредит Всемирного банка как раз для переоснащения ЖКХ, меняются индивидуальные тепловые пункты, меняются трубопроводы на предварительное изолирование… Мы инвестировали по 200 млн грн ежегодно, с 1999-го по 2005 год. Помните, сколько мы труб меняли? Саксаганского, Красноармейская. Смогли заменить 15% за пять лет. А ведь тогда уровень платежей был на уровне 30-40%, а за электроэнергию – 15%...

— Сейчас же платят исправно?

— Граждане платят лучше. Сейчас денег в стране столько, что мама не горюй. Сколько мы торговых центров строим, а какие машины у нас ездят по городу! В городе – профицит бюджета, а Киев не выделил ни копейки на свою инфраструктуру.

— Почему не выделяют? Вторую нить коллектора планируют к осени запустить.

— А тепловые сети? А Бортничи? Наш дом – Киев. Так вот, мы живем с забитым унитазом, без мусорного ведра, потому что пятый полигон забит, и подметаем под коврик. Но мы себе купили самый лучший компьютер…

— Итак, вернемся к нынешней ситуации. Город решил не продлевать контракт. Что должно произойти и что уже происходит?

— Да, срок договора управления с «Киевэнерго» заканчивался 31 декабря 2017 года, сейчас решением Киеврады перенесен на конец отопительного сезона, 26 апреля 2018-го.

— Процесс подготовки к передаче уже начался?

— Городу, для того чтобы принять хозяйство, надо решить c два десятка критических вопросов. Прежде всего, за долгие годы работы в электрической части появились сети города, а в тепловой – часть ДТЭК. В электрической части около 20% – это городское имущество, а в тепловой части – до 25%. Что надо сделать для начала? Инвентаризировать и оценить, сколько это стоит в деньгах, прежде чем делать взаимную передачу.

Вы представляете, сколько времени займет этот объем работы? И денег – не один десяток миллионов, если брать услуги серьезных оценочных компаний.

Мы не можем использовать остаточную стоимость. В условия концессии ее не запишешь, там нужны реальные цифры. ДТЭК же может назвать лишь сумму инвестиций: с 2012-го по июнь 2017-го профинансировано инвестпроектов на 3,8 млрд грн. Реконструирован химический цех на ТЭЦ-5, построены и модернизированы подстанции «Московская», «Университетская», «Еленовская» и другие. Переложено более сотни километров магистральных и распределительных теплосетей.

Допустим, город  быстро провел инвентаризацию и оценку и забрал теплосистему. Затем либо сам управляет, либо передает ее в концессию. Этой управляющей компании – своей или концессионеру – перед стартом работы надо получить пять лицензий (производство электроэнергии, тепловой энергии на ТЭЦ и других источниках, транспортировка, поставка тепловой энергии), более 200 разрешительных документов на выбросы загрязняющих веществ, спецводопользование и так далее. Надо составить и утвердить инвестиционные программы и более 20 тарифов в НКРЭ, заключить договор газоснабжения. А потребляет Киев сегодня 2 млрд кубов из 30 млрд по всей стране. 

— Когда этот договор надо заключить, чтобы он вступил в действие в 2018 году?

— Сейчас. Также сейчас уже надо проводить работу для включения в энергобаланс страны ТЭЦ-6 с новым статусом, стать членом оптового рынка электроэнергии, присоединиться к договору оптового рынка… А персонал? Надо принять на работу шесть тысяч человек. Квалифицированных, с лицензиями. Но люди – это люди, сколько из них пожелают перейти в создаваемое предприятие, сколько перейти на другие должности в «Киевэнерго» (если они им подходят), а сколько – просто уйти?

Я это говорю руководителям города с начала года, в феврале посылал им официальные письма со списком вопросов, без решения которых система обрушится…

Понимаете, я создавал эту компанию, проработал в самые сложные девяностые, при купонокарбованцах. Но если меня спросят: Иван Васильевич, а вы возьметесь за реорганизацию сейчас?..

— Что вы ответите?

— За $50 тысяч в месяц не возьмусь, за $70 тысяч не возьмусь. За $100 тысяч не смогу отказать (смеется. – «Большой Киев»), но не смогу дать гарантию, что с этим справлюсь.

Сейчас энергетика, к сожалению, – это не вопрос экономики, а вопрос политики. А политику и мораль никогда нельзя было обвинить в родстве. Политики аморальны априори… 

0

Выбор редакции

Comments