Вы здесь

100 лет назад

Дела думские: между роспуском и сокращением

Переворот 29-30 апреля повлек за собой перестройку аппарата управления в стране: новые органы, новые люди, новые методы работы. Мало-помалу изменения стали затрагивать и местное самоуправление. Чреда роспусков городских дум в Украине в средине мая заставила поволноваться и киевских гласных. Тревожные настроения подогревались противоречивыми слухами, циркулирующими в городе

Игра на чужом поле

Киевская городская дума текущего созыва была сформирована после выборов 8 (21) августа 1917 года на основе прямого, равного и тайного голосования. Новые гласные избрали городским главой Е. П. Рябцова.

Выборы пришлись на время подъема политической активности киевлян, вызванного Февральской революцией, и последовавшими за ней событиями. В новой думе в основном были представлены социалисты разных оттенков.

На волне революционных преобразований, кроме решения насущных проблем города, гласные забирались на несвойственное им поле деятельности – пытались влиять на политику края и страны в целом. Что не прибавляло им популярности в глазах киевлян.

«Отцы города, которые называют себя социалистами и друзьями народа, все еще не знают своих полномочий. Они все еще думают, что это их дело – решать судьбу не только Украины, но и бывшей империи в целом... Между тем эта высокая политика… вредит самому городу, опеку над которым взяли на себя господа «социалисты» в думе, и выполняют эту обязанность, мягко говор, халатно… Дума только то и делала, что «углубляла революцию», но лишь на словах, а не на деле, вместо того чтобы, имея в руках городское хозяйство, организовать мощные муниципальные предприятия, …она пускала бумажные бомбы протестов и резолюций, которые, в конце концов, перестали производить впечатление», – пишет газета «Відродження».

Киевская городская дума

Такой «игрой на чужом поле», игрой в политику при игнорировании своих прямых обязанностей, грешили тогда везде – и в крупных городах, и в маленьких местечках. При этом городские хозяйства стремительно разрушались. Конечно, в этом была повинна и общая ситуация в стране – четвертый год Великой войны, вооруженное противостояние на улицах, разрушение хозяйственных связей, денежной системы и т. п. Но, вместо того чтобы исправлять положение, местные органы продолжали свою фронду с центральной властью.

Гетманский переворот никого не образумил – все так же продолжилась ругань в адрес центра. Но здесь, что называется, нашла коса на камень.

Средства «вразумления»

Придя к власти, П. Скоропадский стал перекраивать государственные структуры, выстраивая вертикаль власти под свои задачи. Гетману и его кабинету совершенно не нужны были политические дрязги ни в центре, ни на местах – в стране формировалась диктатура в ее классическом смысле. И руководство украинской державы начало действовать – наиболее радикальных политических деятелей и слева, и справа стали арестовывать. Ненадолго, потом отпускали – на поруки, под надзор и т. д. Большинство остепенилось: кто отбросил свой радикализм, кто затаился и стал готовить сопротивление гетманату.

На тех же, кто продолжал политические игры, нашлись другие средства воздействия – по Украине прокатилась чреда роспусков и разгонов органов власти на местах. Наибольший резонанс вызвали события вокруг Николаевской и Екатеринославской городских дум. И киевские гласные задумались – соответствующие слухи по городу уже поползли.

По этому поводу 15 мая 1918 года городской глава Е. П. Рябцов отмечал: «При каждом государственном перевороте появляются прогнозы и слухи о роспуске органов самоуправления... Большевики считали киевскую думу контрреволюционной... Министерство Голубовича объявило киевскую думу антигосударственной... Сейчас на городские самоуправления открыто наступление со стороны прежних цензовых элементов. Отсюда снова слухи о скором роспуске киевской думы и замене ее думой прежнего состава».

Премьер Ф. А. Лизогуб

Некоторую устойчивость киевскому самоуправлению придавали тесные контакты городского главы с новыми людьми в правительстве. Е. П. Рябцов и прежде неоднократно обращался к министрам – выпросить ли ассигнования под городские проекты, вызволить ли из-под ареста чересчур «революционных» бундовцев или эсеров. Что до возможного роспуска думы, премьер Ф. А. Лизогуб в частной беседе недвусмысленно дал понять главе, что со стороны правительства нет никакой угрозы для местной власти.

Успокоенные добрыми известиями, гласные смогли вздохнуть спокойно. Но всем было ясно, что без изменений в деле устройства органов самоуправления не обойтись.

Назревшие реформы

Действующий избирательный закон от Временного правительства был прогрессивным и демократичным. Но в условиях формирования украинского государства практически с нуля – моменту он уже не соответствовал: «То, что являлось необходимым в стихийном революционном движении как процесс разрушения отжившего строя, не может иметь места при претворении в жизнь задач государственного строительства». Поэтому новая власть запланировала созыв совещания представителей органов самоуправления от разных политических сил для пересмотра законодательства.

Оно, по мнению тогдашних обозревателей, должно будет избегать как революционных крайностей, так и возврата к сословно-представительской системе. И в конечном итоге должно поспособствовать классовому примирению. Выработка именно такого компромиссного закона объявлялась одной из главнейших целей нового Министерства внутренних дел.

Требовало серьезной корректировки и обеспечение финансовой базы самоуправления. Закон от 29 сентября 1917 года, регламентировавший этот вопрос, представлял собой лишь скорректированное уложение 1892 года. Причем изменения были отнюдь не в лучшую сторону. Правоведы просто поражались, как могла социалистическая по сути власть перекладывать весь груз налогов и сборов на плечи неимущих слоев. Дело в том, что необлагаемый местными налогами минимум доходов – экзистенц-минимум – правительством А. Ф. Керенского снижался до 600 руб., против 1600-1800 в богатых Англии и Франции. Такую несправедливость предлагалось отменить и наконец на деле помочь необеспеченным горожанам.

Инициатива была, в общем, своевременной и похвальной. Но она тут же вызывала вопрос: за счет чего пополнять городскую казну? А ее расход предполагался немаленький.

Непопулярное решение

15 мая городской глава Е. П. Рябцов представил в Совет министров докладную записку, касающуюся топливных проблем в Киеве. В целом только заготовка дров на сезон 1918-1919 годах оценивалась в 16 млн карбованцев.

Огромные суммы требовались на городское здравоохранение. И в то время, когда в Европе продолжалась Мировая война, а в бывшей Российской империи разгоралась война гражданская, для киевской власти важнее полей сражений стали полив и уборка улиц. Голова вышел на отдел народного здоровья с предложением: «Так как за отсутствием воды поливать улицы невозможно, должно в наступивший летний период очень тщательно их чистить. Необходимо вычистить площади, используя для этого трамвай; необходимо там, где это возможно, чистить площади одновременно с трамвайными линиями».

Ему вторил заведующий Киевской городской дезинфекционной станцией Н. Г. Загоровский. Захлестнувшие всю бывшую империю эпидемии тифа и туберкулеза, по его мнению, обуздать в Киеве можно всего лишь нормальной уборкой города. Дотошный доктор требует от властей купить два поливочных автомобиля, начать прокладку водопроводной сети на киевских окраинах и приступить к озеленению.

Своего решения ждала и транспортная проблема – в полемике с профсоюзом вырабатывались меры по улучшению работы трамвайного предприятия.

Часть средств, необходимых только на первоочередные нужды, дума рассчитывала получить за счет ассигнований Совета министров, займов и кредитов. А еще же следовало выплачивать жалование сотрудникам аппарата и рабочим – здесь уже скопились долги с осени 1917 года.

И городской глава был вынужден прибегнуть к непопулярным мерам. «…Е. П. Рябцов сделал в управе доклад, в котором говорит, что задержка платы служащим и рабочим городского управления, необходимость сделать прибавки за сентябрь-ноябрь 1917 года и выдача премии к Пасхе настоятельно требуют, чтобы был найден какой-либо источник для этих расходов. Считаю необходимым, – говорит Е. П. Рябцов, – …предложить всем отделам сократить штаты на 25 проц., а оклады содержания прогрессивно от 5 до 30 проц., в среднем около 20 проц. Это даст экономию в 300-400 тыс. карбованцев в месяц и позволит в несколько месяцев покрыть затраты по выдаче задержанной платы и премии». Во всяком случае, это было куда лучше, чем роспуск и оставление городского хозяйства без надзора.

Вот в таком состоянии киевское самоуправление пришло к лету 1918 года. Прекратилась наконец политическая возня, и гласные занялись своими прямыми обязанностями – коммунальными вопросами.

0

Выбор редакции

Comments