Вы здесь

Люди

Как любимчик публики стал жертвой ревности

В конце XIX столетия Николай Рощин-Инсаров был звездой киевской сцены. 37-летний актер блистал в ролях героев-любовников – на спектаклях с его участием в драматическом театре «Соловцов» постоянно были аншлаги. Высокий, красивый, с темными вьющимися волосами он очаровывал ослепительной белозубой улыбкой. На пике его славы мало кто знал, что зубы были вставные. Природа одарила актера плохими зубами, это отталкивало публику  

Партер не верил, что в такого действительно может влюбиться красавица-героиня. И Рощин решился на операцию – вырвал все старые зубы и поставил искусственные. После этого и начался его взлет.

А еще ненастоящей была фамилия. Он не Рощин, и совсем не Инсаров. Настоящая фамилия артиста – Пашенный. Но он решил, что это звучит неблагородно. И что с такой простецкой фамилией на сцене делать нечего. Тогда и появился псевдоним с намеком на аристократическое происхождение – Рощин-Инсаров.

Мог, кстати, обойтись и без псевдонима. Как это сделала его дочь Вера Пашенная, которой ее настоящая фамилия не помешала стать народной артисткой СССР и лауреатом Сталинской премии.

Рощин-Инсаров считался лучшим Чацким в Российской империи. В этой роли ему не было равных. «Карету мне, карету!» – и публика взрывалась аплодисментами. Спектакль останавливали, коронную фразу Чацкий два-три раза повторял на бис. Это была слава.

Любил Чехова, и сыграл в трех его пьесах. Именно в чеховских ролях актер достиг вершин своего творчества. Мечтал сыграть городничего в «Ревизоре». Правда, театр «Соловцов» не планировал ставить Гоголя, но Рощин внутренне готовился к этой роли. И даже сделал «актерскую пробу» – однажды летом отправился в Боярку, где сыграл городничего в дачном театре. Сильно волновался. «Думал, не выдержу. Сердце лопнет!» – рассказывал потом.

Сердце не лопнуло. Актер умер от другого.

«Он любил женщин, – вспоминает журналист и театральный критик Влас Дорошевич, – и женщины любили его». Актер был разведен, охотно ухаживал за симпатичными поклонницами. «Люблю я этих баб! Ровно сахар!» – объяснял он. Повесой был не только на сцене, но и в жизни.

А тут в театре – новенькая! Анна Пасхалова, немного застенчивая красавица, уже снискавшая известность в Петербурге, Одессе, Харькове. К тому же княжна – настоящая ее фамилия Чегодаева.

Две звезды получили роли в одном спектакле, причем у Рощина и Пасхаловой оказалось довольно много общих сцен. Репетировали много и с азартом. Сцены ухаживания и признания в любви артист играл настолько правдоподобно, что со стороны было уже не понять – это он по роли или всерьез. По театру поползли слухи об их романе.

Конечно, нашлись «добрые люди», которые начали нашептывать художнику-сценографу Александру Малову, что знаменитый киевский сердцеед вовсю ухлестывает за его женой.

Художник был патологически ревнив. Театральный критик Алексей Суворин однажды записал в дневнике: «Малов, муж Пасхаловой, опять ее бил головой о стену ни за что, ни про что, ревнуя ее. Горничная вступилась и отняла свою госпожу».

Малов, узнав о романе жены с Рощиным, начал устраивать ей дикие сцены. Возможно, вновь применил испытанное оружие – «бил головой о стену». Но так ничего и не добился. И хотя никаких доказательств измены он так и не обнаружил, подозрения в неверности жены переросли в уверенность.

Утром 8 января 1899 года после бесконечных ночных скандалов с Пасхаловой, художник в исступлении отправился к Рощину. По дороге зашел в оружейный магазин и купил револьвер.

С оружием в кармане Малов явился в гостиницу у Золотых ворот, где проживал актер. Рощин имел обыкновение вставать поздно, так что незваный гость его разбудил. Малов начал с надрывом просить звезду сцены оставить в покое его жену и не пятнать честь семьи.

«Да какая там честь…», – отмахнулся Рощин и подошел к умывальнику. Взбешенный художник выхватил из кармана револьвер и выстрелил. Кумир киевских дам упал замертво. На суде убийца заявил, что совершил преступление в состоянии аффекта. И суд отпустил его.

Малов не испытывал угрызений совести. И даже наоборот – гордился неожиданно свалившейся славой. Тщательно собирал все газетные вырезки, где упоминалось его имя. В Киеве его узнавали на улицах и шептали вслед: «Это же тот, что убил Рощина!»

Приехавшему репортеру Максиму Горькому художник не только охотно дал интервью, но и намекнул, что готов заплатить, если он напишет по мотивам этой истории криминальный роман. Малов очень хотел увидеть себя на страницах книги. Но Горький не стал писать – тщеславие убийцы его покоробило.

Николай Рощин-Инсаров был похоронен на Байковом кладбище. А Пасхалова после этой истории развелась с мужем и оставила Киев. Правда, когда страсти улеглись, она вернулась на сцену театра «Соловцов», где и настал ее звездный час.

0

Выбор редакции

Comments