фото: Константин Ильянок, «Большой Киев»
12:00   25.11.19

Море житейское

Семейные будни – неисчерпаемый писательский источник. Из них получаются эксцентрические мелодрамы, фамильные саги и подлинные трагедии. В обзоре все это и еще немного других эмоциональных бонусов.

У попа была собака

Каждая семья странна по-своему, но таких чудаков, как техасские Воссы, поискать. Чтобы не слышать лай пасторского пса, папаша Барнаби выкупил церковь и переоборудовал ее под жилище. Конечно, где же атеисту приткнуть себя, не покидающую дом бывшую жену, нынешнюю супругу, ее родственника, коллегу и своих четверых отпрысков? Только под сенью креста и рядом со статуей Иисуса, которую дети наряжают то привидением, то спортивным фанатом.

загрузка...
загрузка...

Изображающий праведника старший Юта и младший очаровашка Моби доставляют минимум проблем. Зато 17-летние девушки с лихвой восполняют это упущение. Одна встречается со смертельно больными парнями. Вторая сама не прочь умереть. После принятого Мерит решения наглотаться таблеток воистину становится горячо.

У Колин Гувер талант превращать болливудовщину с близнецами, кипучими страстями, роковыми искусительницами, сумбурными отношениями во внятные романы, которые, несмотря ни на что, не назвать «дамскими». Персонажи «Без Меріт» находчивы и бесшабашны. Они бодро раскапывают могилы и вытягивают на свет божий тщательно укрытые скелеты, невзирая на давность появления останков и презумпцию невиновности участников процесса. Особенно старается грядущая самоубийца: ее суицид должен принести пользу. Возможно, это единственный шанс вызвать изолгавшихся близких на откровение.

Колін Гувер. Без Меріт. – Х.: Віват

Короли и принцы

Где-то в канадской глубинке затерялся городок Норковиль, в котором правит клан Кардиналов, насчитывающий, помимо родителей, почти две футбольные команды детей. Увлеченный геологией отец проказливой ватаги открывает цинковый массив, и в чьи бы руки ни попадала потом шахта, у семейства всегда есть запасной план обогащения.

Мы привыкли, что фамильная хроника – произведение объемное, густонаселенное, напичканное передаваемыми по наследству тайнами, взрывающимися в самое неподходящее время. В книге «Шахтоємці» хватает и персонажей, и секретов, но общую картину Жослин Сосье создала минималистическими средствами. Будто место у телевизора, повествовательную эстафету выхватывают двадцать первый сын по прозвищу Последыш, Кармела, Эмильена, Люсьен. Из-за разницы в возрасте они являются обладателями несхожих пазлов-воспоминаний, поэтому свидетельства сестер и братьев дополняют, подсвечивают и даже противоречат друг другу. Хотя крутятся вокруг принятых у них ритуалов инициации, солидарных происшествий и центрального трагического события.

Квебекская писательница мастерски нагнетает тревожное ожидание. И пока разбираешься в намеках и недомолвках, прочитываешь (нет – проглатываешь) роман о выросших в безупречной анархии и спаянных единых кодексом чести героях, которым предстоит усвоить уроки прощения.

Жослін Сосьє. Шахтоємці. – Л.: Видавництво Анетти Антоненко

Смятение чувств

Муж и жена, 35 лет вместе – больше, чем по отдельности. Иногда кажется, что все темы проговорены, что знаешь человека, как себя, а то и лучше. Сыновей вырастили, жизнь течет, словно песня, которую можешь угадать с одной ноты. И вдруг диссонанс в мелодии – тяжелая болезнь, которая у крепкого мужчины опрометью забирает силы, а домашних ставит перед фактом: это заключительный куплет.

Роман Галины Вдовиченко «Найважливіше наприкінці» соткан из микроскопических, очень точных наблюдений, естественно, касающихся телесных трансформаций, обыденных жестов, флешбэков – отпуск в горах, давняя поездка на Тарханкут. И в каждой упоминаемой мелочи просматривается не только боль, но искреннее удивление главной героини (она же – альтер эго автора), уже после необратимого момента обнаружившей, что многие вещи обернулись реверсом. Язвительность – не признак дурного характера, а симптом неуверенности. Ссоры – не топливо для семейного очага, а шрамы на душах. Любить ближнего с его изъянами и фанабериями сложнее, нежели испытывать эмпатию к чужому. А труднее всего – ловить сполохи счастья, когда в них еще есть смысл. И если литература чему-то учит, так это искусству замечать мгновения. Вроде, незатейливое дело, однако его-то нам и не хватает.

Галина Вдовиченко. Найважливіше наприкінці. – Л.: Видавництво Старого Лева

загрузка...
загрузка...

kancom.kiev.ua

budenergoatom.com.ua

mimi-studio.com