08:04   29.10.18

Сладость или пакость?

Для эффекта полного погружения в Хэллоуин обычно рассказывают друг другу страшилки или смотрят ужастики. Но можно и книжки почитать – новинок литературы, в которой хозяйничает нечисть, неистовствуют темные силы и вообще творится черт знает что, достаточно   

Фантастический хоррор

Мир охватывает вирус Аврора: женщины без видимой причины впадают в анабиоз и покрываются тончайшим коконом. Попробуйте их разбудить – так наваляют, что мало не покажется. Хворь не обошла и городок Дулинг, где появляется таинственная прародительница, обладающая иммунитетом против заболевания, которое и мужчин сводит с ума. Оставшись в одиночестве, они обнаруживают, что без матерей, жен, дочек, сестер дело плохо, – до Апокалипсиса рукой подать.

Несмотря на то что роман «Сплячі красуні» Стивен Кинг написал в соавторстве с сыном Оуэном, отцовский почерк здесь узнается с полувзгляда. Тщательно проработаны микроистории десятков героев. Атмосфера провинции, которую накрывает кошмар, так осязаема, что кажется, будто ее можно потрогать. Сюжетная пружина закручивается медленно с тем, чтобы в обратном движении она вела себя противоположным образом, придавая действию максимальное ускорение.

И, конечно же, проходящая через все 800 с лишним страниц красная нить – «мужчинам и женщинам никогда не понять друг друга» – своей банальностью иной текст могла бы похоронить. Однако здесь она становится сердцевиной, которая не противоречит развлекательности – все же это не манифест, а беллетристика, но сообщает книге масштабность и глубину.  

Стівен Кінг, Овен Кінг. Сплячі красуні. – Х.: КСД

Сюрреалистическая притча

Когда автор стремится выбраться за рамки обыденности, мыслит образами, эксплуатирует тему одиночества и не заигрывает с аудиторией, его чаще всего сравнивают с Кафкой. Писатель Владимир Балла – Кафка словацкий, и чтобы опровергнуть или подтвердить это уподобление, довольно заглянуть в любое его произведение. Например, роман «Іменем батька», который может показаться жестким документом о личных переживаниях и поисках своего «я». Больше всего здесь говорится о запутанном семейном укладе. Он подобен возведенному братом главного героя дому-айсбергу. С тупиками, фальшивыми перекрестками и глухо занавешенными окнами. С обитающими в нем нелюбимыми сыновьями и нелюбящими родителями. С мифологическим деревом в подвале и нездоровым микроклиматом.

Если положиться на содержание, текст можно проглотить за час, содрогаясь от вызываемых им ощущений. А можно поступить как жена героя, пытающаяся пробиться к сути постройки, сводящей ее с ума, сквозь фундамент. И обнаружить под поверхностью отсылки к священному писанию хитросплетение символов и даже иносказание о судьбе родины. Что значительно увеличит время знакомства с книгой. Декодировать притчу – занятие долгое, и оно затягивает.

Балла. Іменем батька. – К.: Комора

Ироническое фэнтези

Сперва мистики ничто не предвещает. Даже наоборот, «Мала Глуша» стартует как реалистическое полотно эпохи загнивания развитого социализма: пыльная контора, должность по блату, чешские ботинки – маркер финансового благополучия, страна готовится к Олимпиаде. Но постепенно ухо начинает улавливать диссонансы.

Найдя изувеченное тело, милиционеры почему-то обращаются с претензией к служащим порта, а те в свою очередь суетливо исправляют ситуацию. Та же аномалия повторяется в больнице, где обнаружился чудной пациент. И карт Таро не надо – никакие перед нами не «служащие», а самые настоящие стражи перехода между параллельными пространствами. И появление в советской действительности, которой они преданы всеми фибрами своих марксистско-ленинских душ, опасных «иных» – их сфера ответственности.

В романе Марии Галиной потусторонние сущности, рядовые граждане и люди со сверхспособностями, словно соседи по коммуналке: в тесноте и в обиде, но что же делать? Се ля ви. Именно такая близость и подчинение единым правилам производит непередаваемый комический эффект. Хотя по всем статьям эта многослойная сказка – жуткая.   

Марія Галіна. Мала Глуша. – Х.: Фабула

Неоготический триллер

Сотрудница музея Инга приезжает в заштатный подольский городок, чтобы собрать материал об этнографе Калигусе – фигуре сколь авторитетной, столь и загадочной. Во всяком случае, не каждого исследователя фольклора обвиняют в преступном использовании магических обрядов, связанных с определенными видами насилия. А доктор в этом вопросе мог бы дать фору любому. 

Странности начинаются уже с порога пустынной гостиницы. Движущийся персонаж картины и измененный кинофрагмент заставляет героиню вспомнить о собственном эротическом приключении, оставившем обескураживающее послевкусие. И хотя давний курортный эпизод никак не связан с командировочным заданием, Инга на каждом шагу убеждается, что совпадений не существует, а все фантасмагорические детали – части единого опыта, простирающегося в дохристианские времена.

Мистика, сексуальная агрессия и связанные с ними фобии – три очевидных  источника, питающих роман Дмитрия Билого «Кабінет доктора Калігуси». Но есть еще два: история и ирония. Первый снабжает повествование событийным разнообразием в диапазоне от славянского язычества до балканских войн 1990-х. Второй позволяет автору забавляться с шаблонами народной, классической и массовой культуры. Местами адски жаркие игры получились.

Дмитро Білий. Кабінет доктора Калігуси. – К.: Легенда


kancom.kiev.ua

budenergoatom.com.ua

mimi-studio.com